ни одной зазубрины на лице прямом
Пока едешь на работу, чтобы не уснуть, приходится чота читать. Вот так, например, я прочитал Vita Nostra у Дяченко и НИМАГУМАЛЧАДЬ.
Ощущения после книги - "яннп" и "где бы найти Портнов/Сашка?". И если со вторым все ясно, то с первым... Дочитывая ту или иную книгу Дяченко - неважно, какую - потом сидишь еще минуту в ауте и, как дебил, листаешь последние страницы, перечитываешь - ничего ли не упустил? Потом, когда понимаешь, что ничего, приходит какое-то странное ощущение оборванности. В Вита Ностре та же хрень: вот тебя катают по полу с битым стеклом лицом всю книгу, а в конце даже не объяснили, зачем и почему. Что произошло? Чем все-таки кончилось? Зачем я катался лицом по стеклу? Никто не знает.
И если в первый раз - это с "Медным королем", которого я так полюбил, что аж написал по нему фичок с Теодором, где он просто сосредоточие ебаной 4в и уебищности, - открытый конец привел меня в состояние полного ахуя, он просто СЕРДЦЕ МНЕ ВЫЖЕГ, то все последующие вещи Дяченко начинают рассматриваться как "автор просто не знает, как закончить, или ему стало лень, или что угодно еще". Более-менее какая-то понятность была разве что в конце "Одержимой", и то - обусловлена эпилогом. В Ведьмином веке я, например, тоже не понял, что произошло, кроме того, что гг повернула время вспять, а Клавдий - дурак, которого хочется обнять и плакать. Про Хозяина колодцев я просто помолчу: этот короткий рассказ тоже выворачивает тебя наизнанку и тоже кончается непонятно как.
Я еще помню, как меня бомбило с открытого конца в "Пикнике на обочине". Авторы, дорогие, ну почему вы так любите катать людей лицами по стеклу?
И ведь Дяченко я очень люблю, прям готов читать у них все подряд и что угодно, но страх перед очередным открытым концом все желание отбивает. -_- Только если в других прочитанных мной вещах ты догадывался, к чему все идет, то в Вита Ностре эта перемена слишком бьет по еблу. Так резко, что даже особой боли не чувствуешь, только "што?".

@темы: возьми, что мне дорого. дай, что мне нужно., это моя Resistansen, я спою её как захочу, я спросил у ясеня